Международная выставка преподавателей ДВГГУ, Россия и Чунгнамского университета Р.Корея (19 - 29 декабря)

Линии, образующие вещи и события…

Существуют различные типы линий в искусстве, различные типы в обществе, различные типы личности. Есть линии, представляющие собой какую-то вещь, и есть линии абстрактные. Есть линии в сегментах и вне сегментов. Есть линии многомерные, и есть линии прямые. Есть линии, абстрактные или нет, которые создают контур, и есть те, которые его не создают. Это самые красивые линии. Мы полагаем, что линии являются началами, образующими вещи и события. Поэтому каждая вещь имеет, свою географию, свою диаграмму. Все интересное, что представляет собой личность, - это линии, которые ее образуют, или линии, которые она образует, заимствует или создает. Тот или иной тип линии содержит в себе какую-то свернутую пространственную формацию и объемность. В данных работах намечается пути и анализ линий, пространств, становления.

Цветные поверхности, краски, линии, обозначают силы, события, движения и движущиеся тела, ветры, тайфуны, места и моменты времени еще за долго до того, как они начинают обозначать, вещи, личности. (1.50)

Воспринимать – значит вычитать из образа то, что нас не интересует. Наше восприятие всегда меньше исходного образа. Мы все настолько переполнены образами, что не воспринимаем образы из вне. (1.61)

С другой стороны, есть звуковые образы, которые, как кажется, не имеют никакого преимущества. У этих звуковых образов есть обратная сторона, которую можно назвать как угодно – идеей, чувством, языком, формой выражения и т.д. Благодаря ей звуковые образы приобретают возможность осваивать или захватывать другие образы, или целую серию других образов. Голос приобретает власть над совокупностью образов, считает Ж.Делез. Идеи, действующие как лозунги, воплощаются в звуковые образы или звуковые волны и сообщают то, что должно нас интересовать в других образах. Таким образом, они диктуют условия нашего восприятия, всегда есть центральный «удар», который нормализует образы, изымая из них то, что мы не должны воспринимать. Возможно, можно выделить два потока с противоположными направлениями: один идет от образов, внешний по отношению к восприятию, другой – от идей, преобладающих в восприятии.

Мы все включены в цепочку образов, каждый включен на своем месте и каждый к тому же и сам является образом, кроме того, мы вплетены и в полотно идей, воздействующие как лозунги. Главная задача художника, состоит в том, чтобы вернуться к внешним образам во всей их полноте, сделать так, чтобы мы воспринимали не меньше, чем есть в самом образе, сделать так, чтобы наше восприятие было равно образу. Оставить в образах все, что они имеют. И это уже определенный способ бороться против той или иной формы власти и ее ударов. С другой стороны. Эта акция стремиться к тому, чтобы разрушить язык как трофей власти, заставить его заикаться в звуковых волнах, разобрать весь ансамбль идей, которые считаются «верными», для того чтобы извлечь оттуда «только» идеи. (1.62)

Совместная выставка преподавателей (Россия, КНР, Р. Корея) - Chungnam National University Art Museum Baekma Art Gallery (3 октября - 10 октября)

5-й международный фестиваль искусств - Деджон. Корея (3 октября - 3 ноября)

МИР ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА - Москва. Центральный Дом Художника (25 июня - 6 июля)

Современная композиция Александра Иконникова - место, где растворяется живопись, ищущая смысл, где выходят на поверхность смутные образы, еще не закрепленные в изображении, не обладающие никакой ценностью. Эти образы захватывают нас, очаровывают, возвращают нам реальность. Но возвращают не просто реальность, а Реальность желаний. То есть тех сил, что вступают в отношения друг с другом и порождают власть как абсолютное желание.

Материя живописных композиций Александра Иконникова есть пространство отношения сил интенсивностей, аффектов и желаний. Данные силы незначительны (не имеют ценности) и не могут быть опознаны субъектом восприятия в качестве таковых, а, напротив, в своем взаимодействии формируют самого этого субъекта по определенным правилам. Таким образом, автор считает, что живопись есть не просто «возвращение реальности», не просто ее точное воспроизведение, но такое возвращение, когда возвращается только частное, только отобранное желание. В живописи возвращается только та реальность, которая фиксирует мир в становлении.

Живопись Александра Иконникова - это не ожившая картинка. Образы в живописи, у него не сводятся ни к какому изображению, а располагаются в пространстве между изображениями, фиксируемыми естественным человеческим восприятием и находящимися за рамками данного типа восприятия. Для художника, теоретика реальность, «возвращенная» живописью, диктует иной тип восприятия, иной опыт. Данный опыт становится достоянием каждого, - опыт виртуализации.

Эволюция живописной композиции А.Иконникова от классического образа к образу-времени связывается живописцем со все большим ослаблением метафоричности. Для автора же новая живописная ситуация является приближением живописи не к реальности, а к плану имманентности самой живописи. Данный план располагается именно в слабых связях, в тех живописных отношениях, что ускользают, теряются внутри метафор. В этой ситуации мы имеем дело с тем, что наше восприятие вещи всегда слабее, чем вещь сама по себе. Вещь обладает избытком присутствия, с которым восприятие уже не справляется.

Известно, что мы воспринимаем образ или вещь не целиком, мы всегда воспринимаем меньше вещей. Мы воспринимаем лишь то, что нам воспринимать выгодно в силу наших экономических интересов, идеологических верований и психологических потребностей. Стало быть, обыкновенно мы только, и воспринимаем что клише. Но если наши сенсомоторные схемы заклиниваются или ломаются, то может возникнуть образ иного типа: чистый оптический образ, целостный и неметафорический, благодаря которому вещь предстает сама по себе, в своем буквальном смысле, с избытком обыденности или красоты…

Если живопись Иконникова и возможно представить как язык, то не язык понимания живописной композиции, а язык описания образа-времени. Именно здесь его живопись обнаруживает свой теоретический потенциал, способность быть не только зрелищем, но и инструментом мышления, и возможно даже – самим мышлением.

Данный новый образ композиций Александра Иконникова находится на границе, где образ все еще видим и читаем, но уже обнаруживает в себе совершенно иную потенцию – к исчезновению в качестве видимого, в качестве элемента структуры произведения и воскрешению в виде такого единого блока ощущений, для которого любое конкретное изображение мало, а всякая интерпретация – ложна.

Последние живописные композиции автора часто трактуются как информационные таблицы. Например, в картине «Песнь аборигена», когда художник преобразует реку и небо в нечто напоминающее знаки. Живописная поверхность уже не представляет аналогий с естественным опытом зрения, но начинает походить на операционные процессы. План картин Иконникова А. является эквивалентом сознания, погрузившегося в «мозг города». Когда поверхность картины функционирует как таблица-сводка, таблица печати или информационная таблица, образ непрестанно подвергается раскадровке, превращаясь в другие образы, запечатлевается сквозь некую видимую основу, скользит по поверхности других образов в «непрерывном потоке сообщений». План теперь напоминает не столько глаз, сколько перенасыщенный информацией мозг, продолжающий непрестанно его поглощать. Таким образом, пары мозг-информация мозг-город вытесняют пару глаз-Природа.

Таким образом, выразительность живописной композиции автора сосредоточена в сфере виртуальности, именно там аффекты остаются действующими, а язык, несмотря на кажущуюся исчерпанность, обнаруживает себя в новом качестве, возвращаясь к нам в виде образов.

работы:
фото: